Угадайте страну по факту:
Условием международного признания этого государства был отказ от проведения выборов по субботам. То есть буквально: мы вас признаем, если вы не будете назначать голосование на шабат.
Все верно, речь о Польше.
28 июня 1919 года в Версале подписали так называемый Договор о меньшинствах. США, Британская империя, Франция, Италия и Япония с одной стороны, Польша — с другой.
Если верить сайту польского МИДа, Вторая Речь Посполитая была «суверенным и международно-признанным государством» еще с ноября 1918-го. Именно 11 ноября польские части разоружили немецкий гарнизон в Варшаве. К моменту подписания Договора о меньшинствах фактический суверенитет новой республики установился на большей части ее будущей территории. Но это фактический. А вот юридический — который международно-признанный — еще требовалось отстоять. В том числе, взяв на себя унизительные (как тогда казалось многим польским патриотам) обязательства.
«Унижения» начинались уже в преамбуле договора. Буквально с первой фразы: «Поскольку союзные и ассоциированные державы успехом своего оружия восстановили польской нации независимость, которой она была несправедливо лишена…». Съели, патриоты? Это не вы себе независимость вернули. Это мы вам ее восстановили. Силой оружия.
Но, конечно, больше всего возмущения вызвала Статья 11: «Евреи не могут быть принуждены к совершению каких-либо действий, представляющих собой нарушение ИХ субботы, и не могут быть лишены каких-либо прав по причине отказа явиться в суд или выполнять какие-либо юридические дела в СВОЮ субботу. Польша заявляет о намерении воздерживаться от назначения или разрешения проведения выборов, как всеобщих, так и местных, в субботу, а также не будет принудительно проводить регистрацию избирателей или иные мероприятия в субботу.»
Чувствуете разницу между двумя субботами? Они, ясное дело, не совпадают. Авторы текста на всякий случай прикрыли лазейку под названием «вечер пятницы — это пятница».
Но зачем? Какое дело Его Величеству королю Георгу и президенту Вильсону до соблюдения шабата в Речи Посполитой? Ответ мы найдем в следующих двух статьях договора. Там внятно фиксируется принцип: ваши меньшинства — это больше не ваши меньшинства. Они находятся под прямой защитой Лиги Наций и международного сообщества. Защита прав меньшинств — рычаг вашей десуверенизации. Дернетесь, и вы больше не суверенное государство.
Хорошо хоть прямым текстом не написали: «Наличие у вас суверенитета — это не ваша заслуга, это наша недоработка». Президент Вильсон верил: международная «опека над меньшинствами» — залог того, что ни одна этническая, религиозная или языковая группа больше никогда не разделит судьбу турецких армян.
Лидеры молодых республик, возникших на руинах некогда могущественных империй, очень быстро уловили страхи, витавшие в воздухе: «меньшинства — угроза суверенитету». И настроились на соответствующую волну.
Со стороны Великобритании договор подписал сэр Артур Джеймс Бальфур.
А со стороны Южно-Африканского Союза — Ян Смэтс, благодаря которому в философии и психологической теории укоренился термин «холизм».
Но это уже совсем другая история.