«Всякими городскими и прочими планировщиками люди рассматриваются как жестко заданные стандартные алгоритмы, имеющие целью максимизировать некую единую и объективно рассчитываемую функцию, причем алгоритмы эти действуют изолированно друг от друга, без возможности коммуникации, обучения и организации. То есть это не реальная жизнь, а утопическая мечта планировщика. В этой мечте-модели нет индивидуального выбора, а есть только исчисляемая неизбежность.»