Профессор истории Джеймс Хэнкинс, проработавший 40 лет преподавателем в Гарвардском университете, объявил о своей отставке и опубликовал статью, в которой он обрушился с критикой на этот престижный вуз.
В статье под названием «Почему я ухожу из Гарварда» профессор, что его решение уйти на пенсию «не было внезапным» и было принято еще в 2021 году после двух бурных лет в кампусе, отмеченных карантином из-за пандемии COVID-19 и беспорядками, связанными с убийством Джорджа Флойда, — последнее, по его словам, кардинально изменило процесс приема в аспирантуру университета.
«При рассмотрении заявок от аспирантов осенью 2020 года я наткнулся на выдающегося кандидата, идеально подходящего для нашей программы. В прошлые годы этот кандидат сразу же оказался бы в числе лучших», — написал он.
«Однако в 2021 году мне неофициально сообщили члены приемной комиссии, что „этого“ (имеется в виду прием белого мужчины) в этом году „не будет“», — говорится в эссе, опубликованном в журнале Compact Magazine.
Профессор рассказал о другом случае, когда белый студент, которого он охарактеризовал как «буквально лучшего» в Гарварде и который получил приз как выпускник с лучшими общими академическими результатами, также получил отказ во всех аспирантских программах университета, на которые он подавал заявки.
«Он тоже был белым мужчиной», — написал Хэнкинс.
«Я обзвонил друзей в нескольких университетах, чтобы выяснить, почему ему, собственно, отказали».
«Везде повторялась одна и та же история: приемные комиссии аспирантуры по всей стране следовали одному и тому же негласному протоколу, что и наша», — продолжил он.
Последняя лекция Хэнкинса в этом прославленном учебном заведении состоялась две недели назад, после того как он выполнил условия четырехлетнего контракта о выходе на пенсию, подписанного им в 2021 году, срок действия которого наконец истек.
Представитель Гарварда сообщил телеканалу Fox News , что прием в аспирантуру осуществляется на уровне факультетов и кафедр.
Хэнкинс заявил, что его решение уйти в отставку также было связано с «тираническим вторжением университета в частную жизнь» в связи с ограничениями, введенными из-за COVID-19.
Преподаватели были вынуждены читать лекции в масках и проводить семинары в Zoom — ни один из этих методов «не соответствовал моему представлению о гуманитарном образовании».
Хэнкинс, который сейчас является приглашенным профессором в Университете Флориды, добавил, что его расстроило то, что академическая строгость, благодаря которой университет был так известен, снизилась из-за «прогрессивных» взглядов, включая «стандарт двух учебников».
Стандарт, предусматривающий наличие двух опубликованных книг, означал, что от сотрудников ожидалось наличие двух книг, подтверждающих их экспертные знания в данной области. Он обвинил «феминистских активисток» в стремлении отменить это требование.
«Стандарт, предусматривающий две книги в учебнике, был отложен в конце 1990-х годов, когда на нас оказывалось все большее давление с целью найма большего числа женщин-преподавателей», — написал он.
«Феминистские активистки, как в Гарварде, так и в других местах, требовали, чтобы половина всех новых назначений приходилась на женщин. По их словам, именно этого требовали либеральные стандарты равенства».
Ранее женщины составляли менее 10% докторов наук в области истории, отметил он, но «для достижения равенства необходимо было снизить стандарты».
«Феминистки категорически отрицали, что это происходит», — настаивал он.
«Настоящая проблема, по их словам, заключалась в неспособности мужчин должным образом оценить женский научный вклад», — писал Хэнкинс. Он утверждал, что его и тех, кто выступал против нового порядка, объявили «сексистами».
«Вскоре кафедра стала продвигать по службе все больший процент молодых преподавателей», — написал он. «Эта динамика была похожа на то, как если бы Конгресс проголосовал за ограничение собственных расходов».
Новые, получившие повышение сотрудники придерживались «левых взглядов», и Хэнкинс сказал, что «противоположные ветры» в университете привели к институциональной глобализации, включая увеличение числа иностранных студентов и продолжающееся сокращение количества курсов по истории Запада в пользу курсов по всемирной истории.
Хэнкинс считает, что он стал свидетелем конца эпохи университетов "плюща и выше".
«На данный момент надежда заключается в создании новых институтов, не обремененных коррупцией и ненавистью к себе, которые поражают старые», — написал он. (Отсюда.)
