Автор пожелал остаться неизвестным

Давайте обсудим ряд дискурсивных практик.

Я, в принципе, не люблю слово «дискурс», т.к. это какой-то флогистон — никто не видел, никак не пощупать, но его наличие предполагается, т.к. позволяет как-то закрыть дырку на обоях в картине мира.

Но допустим.

Приведу пример, не называя имён, кто узнал по описанию — просьба не светить.

Вот человек А пишет, что его поражают те сторонники прав ЛГБТ, что выступают против Израиля.

Приходит левый пропалестинский израильтянин (назовём его Б), и спрашивает: а почему?

Ну, объясняет ему А, потому что основная проблема — это не Израиль, а ХАМАС и Хизбалла и Иран, который за ними стоит.

Б на это нечего ответить, и вот на этом месте становится интересно.

А каково же должно быть справедливое решение для палестинцев, спрашивает он.

Тут остановимся. Что, собственно, произошло?

У Б есть союзники — те самые пропалестинские ребята, что травят израильтян на гей-прайдах, что массово поддерживают любую мразь, от хамасовцев и до Ирана. Эти союзники объективно работают на него, т.к. без них продавить своё видение лучшего будущего для Израиля у него не получится, и он это понимает.

Поэтому всё, что этих союзников не красит, нужно, скажем так, затушевать. Релятивизировать. Принизить значимость.

Как можно это сделать? Ну, через упор на то, что, может, где-то что-то они и не так, но ведь реально есть Несправедливость (главная, важнейшая, все эти хамасы и хизбаллы с Ираном — это так...), и вот это — единственные борцы с ней.

Ок.

На этом месте А говорит: это очень сложно. Вот, в теории, можно было бы сделать то, это и т.п. (описывая своё видение), чтобы улучшить ситуацию...

Б только это и было нужно. Его, в реальности, совершенно не интересовало мнение А; но теперь он может включить приём, который я называю «Экспертность».

Вы-то думали, что..., а реально-то... Приводится мнение Экспертов — то, что говорит А, не сработает, а нужно только то, что считает Б. Если А так и считает, то лишь от своего невежества и недостаточного знакомства с вопросом. Это, конечно, не проговаривается, но подразумевается.

Истинная цель тут — занять позицию «сверху», снисходительно просвещая А.

Ну, и третий приём: разоблачение истинных мотивов.

«Если кто кричит “Free Palestine”, тут Вы за словом в карман не лезете. Фрики, евреи за фашистов, идиоты-самоубийцы.
При этом личной skin in the game у Вас, я так понимаю, нет. Откуда же такой перекос?»

То есть, обратите внимание. Что у нас произошло?

Из человека, который пришёл с каким-то вопросом — т.е., обычного участника дискуссии — Б внезапно превращается в:

а) Эксперта, который даёт Знание, не подлежащее критике и оспариванию;

б) Морального авторитета, который точно знает, какая несправедливость наиболее важна и с чем важнее всего бороться;

в) Проницательного Разоблачителя и Срывателя Покровов, который скептически спрашивает — а чтой-то, дорогой мой А, тебя внезапно так интересует 1, а 2 не интересует вообще? Ты-то не из этих, развращённых аморальных корыстных, руководствующихся низменными мотивами (подразумеваются, понятно, правые израильтяне).

..Или всё-таки?

г) Следователя или экзаменатора. Обороты типа «это сложный вопрос?», «единственное, что из вас получается вытянуть...» выстраивают пространство, в котором А обязан отвечать на любые вопросы, причём полностью, в точности, и Б потом оценит ответ и согласится его принять или нет.

На этом месте, понятно, у А пропадает желание играть в эту игру, где ему надо ещё и оправдываться за свои (предполагаемые) низменные мотивы и доказывать какому-то херу с горы, что он не верблюд, что он вовсе даже и не поддался израильской пропаганде, что у него есть какие-то свои представления о правильном и должном...

А завершает дискуссию без ответа. Б победил и укрепил собственное ощущение морального и экспертного превосходства.

С вами была рубрика «дискурсивные практики на левом фланге израильской политики», спасибо за внимание.